Стимпанк. Механика Власти

Объявление




Ресурс предназначен для ознакомления с жанром стимпанк.

Сейчас январь месяц.
Температура +15

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Стимпанк. Механика Власти » История » Немного обо всем


Немного обо всем

Сообщений 21 страница 32 из 32

21

Архитектура Франции
Небольшой замок в Aquitaine. Этот элегантный, построенный в 1830 году и расширеный в 1905 году дом. Небольшой замок удачно расположен в треугольнике Tarbes-Lourdes-Pau. 12 лет назад полностью отреставрирован. Лифт снабжает 1 и 2 этаж.

Величина земельного участка: 9.500 m².

Жилая площадь - 750м² 16 комнат

16 помещений разделено на:
1 этаж: офис - двойной салон (80m?)столовую - Большая кухня 40m²
2 этаж. 5 больших комнат, все с ванными.
3 этаж. больших комнаты , все с ванными.
4 этаж: 1 большая комната, библиотека - концертный зал.

Очень красивое декоративное сообружение, жаль что таку старину сейчас распродают на аукционах.

увеличить

увеличить

увеличить

22

В 1830 году родилось много великих людей, к примеру:

15 марта — Пауль Хейзе, немецкий писатель.
26 апреля — П. И. Капнист, русский писатель, драматург, поэт.
1 мая — Гвидо Гезелле — фламандский поэт и филолог.
18 сентября — М. В. Загоскин, прозаик и журналист.

Но есть немного и грустного, именно в этом году скончались знаменитые:

12 мая — Дионизас Пошка (Dionizas Poška), литовский поэт и собиратель древностей (р. 1757).
16 мая — Жан Батист Жозеф Фурье (Jean Baptiste Joseph Fourier), французский математик и физик (р. 1768).
1 сентября — Василий Львович Пушкин, русский поэт, дядя Александра Сергеевича Пушкина (р. 1770).
15 сентября — Уильям Хаскинсон (William Huskisson), английский политический деятель и первый человек, погибший под колёсами поезда (р. 1770).
9 ноября — Ян Снядецкий (Jan Śniadecki), польский астроном, математик, философ (р. 1756).

23

Если добавить немного истории:

28 июля — Начало Июльской революции во Франции.
4 октября — Бельгия провозглашает независимость от Нидерландов.

29 ноября — начало польского национально-освободительного восстания - национально-освободительное восстание против власти Российской империи на территории Царства Польского, Литвы, частично Белоруссии и Правобережной Украины.

Началось 29 ноября 1830 и продолжалось до 21 октября 1831. Велось под лозунгом восстановления «исторической Польши» в границах 1772 г.

-------------->>>Интересная ссылка , советую найти время и почитать, про спор на бутылку шампанского между знаменитыми личностями. Жми!

Отредактировано Angelica de Sanse (2008-07-17 11:56:27)

24

ВИЛЬГЕЛЬМ IV (William IV), король ,известен как «король-моряк», третий сын Георга III. Родился 21 августа 1765 в Лондоне, полное имя принц Вильгельм Генри, герцог Кларенс и Сент-Андрус, граф Мюнстерский. С 14-летнего возраста служил на флоте. Участвовал в морских сражениях в период войны североамериканских колоний за независимость, единственный из английских принцев того времени посетил Нью-Йорк. Во время службы на море вошел в круг близких друзей виконта Нельсона и был шафером на его свадьбе.

После 1789 Вильгельм жил в Бушей-Парке, близ Лондона, взяв под свое покровительство актрису Доротею Джордан, с которой прожил 20 лет и имел от нее 10 детей. Редко выступал в палате лордов, симпатизировал вигской оппозиции и всегда ратовал за решительные военные действия против Наполеона. Именно поэтому отказ Георга III доверить сыну командование судном во время военных действий против Франции (1793) на долгие годы испортил их отношения.

В 1818 по династическим соображениям Вильгельм женился на принцессе Аделаиде Саксен-Мейнингенской, впоследствии королеве Аделаиде; у них были две дочери, умершие в младенчестве. В 1827 стал лордом-адмиралом. Этот пост был зарезервирован для членов королевской семьи, но оставался свободным уже больше ста лет. Вспыльчивый характер и конфликт с кабинетом Веллингтона стали причиной скорой отставки Вильгельма (1828).

Вильгельм занял трон 26 июня 1830 после смерти своего брата короля Георга IV. Став королем, столкнулся с рядом политических проблем: по всей Англии бушевало восстание батраков, т.н. последняя крестьянская война, а в городах рабочие выступали с требованием всеобщего избирательного права. Не потакая экстремистам, Вильгельм показал куда большие способности к решению этих проблем, чем предполагалось. Его правление памятно ожесточенной борьбой между вигами и тори в связи с Биллем о парламентской реформе, утвержденном с санкции короля в 1832. Умер Вильгельм IV в Виндзорском замке 20 июня 1837.

увеличить

Отредактировано Angelica de Sanse (2008-08-08 00:15:20)

25

ЧАРТИЗМ, (от charter - хартия), в Англии радикально-политическое и рабочее движение 1830- 40-х г. Чартисты требовали в хартии, поданной парламенту в 1839, всеобщего избирательного права, тайной подачи голосов, отмены хлебн. законов, пересмотра фабричн. законов. 1842 и 1848 были поданы новые петиции парламенту, но все эти петиции были отвергнуты парламентом. Чартистск. движение возникло вследствие крайне тяжелого положения рабочего класса после промышленных кризисов 1825 и 1836, выбросивших на улицу десятки тысяч безработных и понизивших заработную плату, но вследствие отмены хлебн. пошлин, развития промышленности, издания нов. фабричн. законов и распространения тред-юнионизма Чартизм постепенно утратил свое значение.

26

Англия воспитывала своих джентльменов розгами и хлыстом
(система наказаний)

Спросите у любого, откуда произошло слово "джентльмен", и каждый правильно ответит: из Англии. Другое дело, что не всякий англоНЕговорящий знает, что именно обозначает первая часть этого слова - gentle. А означает она замечательные человеческие качества: нежность, мягкость и ласку, то бишь в прямом переводе джентльмен - это человек нрава ласкового и нежного.

И действительно, мало-мальски образованных и воспитанных англичан выгодно отличает от иных наций и народов некое особое звучание: бархатистая, как бы ощутимая на ощупь деликатность, приглушенная до пастельных тонов мягкость и эдакая сострадательная ласковость. Слушая англичанина, подчас приходит на ум, что так, должно быть, опытные врачи общаются с душевнобольными...

Oднако каким же хитроумным образом удалось так славно выпестовать нежные ростки в душах целой нации? Да очень просто! Розгами и хлыстом! Парадоксально, но факт: ни одна другая школа в мире не перетянет, пожалуй, знаменитую английскую, ту, что слывет фабрикой джентльменов по части жестокости нравов, палочной дисциплины, атмосферы бурсы, казармы и черте еще чего, что, к счастью, в большинстве своем кануло в Лету, став достоянием истории, но что заложило некий краеугольный камень системы, некий дух возведенной в абсолют спартанскости. Хотя, может быть, никакого парадокса и нет? Ведь даже металл становится мягким в огне?..

Впрочем, джентльмен вышел из горнил и жерновов английской бурсы, надо сказать, случайно. Изначально же система британского образования ставила перед собой цель формирования несколько иного характера, который она определила весьма колоритно - "мускулистый христианин". Сей гомо сапиенс должен был являть собой гармоничное сочетание интеллектуального и телесного совершенства. Путь к этой гармонии, по мысли отцов-основателей британской педагогики, лежал через розгу и бич.

...Первое упоминание о телесных наказаниях в английской школе датируется седьмым веком нашей эры, когда о первой грэммэ скул, основанной при монастыре в Кентербури посланцем Рима, монах Эдмир писал следующее: "За пять дней до Рождества все мальчики по традиции секлись связанными в узел бичами из бычьих шкур..." И традиция прижилась. Каждая клякса, каждая ошибка в произношении или неправильный результат в математике, малейший сбой в поведении карались ударами".

Нельзя сказать, что битые в кровь ученики безропотно сносили наказания: "Очередное восстание в 1797 году против чрезмерных избиений было подавлено чрезмерным избиением" - свидетельствуют хроники того времени. В 1851 году забузил против розог прославленный Мальборо колледж. Это восстание было успешней: оно привело к отставке жестокого ректора, на его место пришел другой, молодой и прогрессивный. Он стал первым педагогом Британии, узаконившим организованные игры для школьников как альтернативу дракам, насилию и хулиганским выходкам, процветавшим в мальчишеских закрытых пансионах, иными словами, выпустил из кипящего котла пар. До того времени игры в большинстве школ воспрещались. Революционные новации Мальборо колледж на этом не закончились: много позже именно эта школа первой выступила с требованием запретить дисциплинарное битье розгами младших учеников старшими, иначе говоря, потребовала отменить узаконенную "дедовщину" в школьных казармах.

Через систему воспитания, положившую в основу телесные наказания, прошли лучшие сыны и дочери Англии: исключений она не делала ни для кого. В своих письмах родителям из шотландского пансиона Гордонстоун юный в ту пору наследник британского престола принц Чарльз в ужасе сообщал: "Здесь абсолютный ад!" Подруга Чарльза Камилла Паркер-Боуле имела "счастье" провести свои школьные годы в пансионе, отличавшемся такой жестокостью, что о нем ходило крылатое выражение: "Если ты пережил Дамбреллс - выживешь где угодно!"

Впрочем, система кар и наказаний в английских школах культивировала не только кнут, розгу и палку - сущим наказанием был и сам образ жизни в пансионах. Вот коротко описание нравов одной из бурс прошлого столетия: "Никогда не выходить за ворота в одиночестве; не разговаривать во время обеда; не оставлять на тарелке ни крошки; носить одежду без какого-либо орнамента, цветастости и прочих украшательств" и т.д. и т.п. Картинка из жизни Винчестер колледж образца 1830 года и того колоритнее: "Атмосфера колледжа мало отличалась от той, какой она была во дни средневековья. Жилищные условия были очень примитивными (не топили в пансионах даже в морозы! - О.Д.). Мальчиков по-прежнему будили в 5.30 утра, но при этом не давали завтракать до 10 часов. Вся учеба была сосредоточена на зубрежке латыни. Тирания старших педагогов была абсолютной..."

Справедливости ради надо заметить, что воспитывать палкой принято было не только отпрысков привилегированного сословия, обучавшихся в эксклюзивных частных пансионах, но и деток простолюдинов, то бишь обыкновенных граждан, обучавшихся в государственных, то есть бесплатных школах. Телесные наказания в государственных учебных заведениях просуществовали с самого их основания, то есть с середины минувшего столетия, и аж до 1987 года, когда они наконец-то были упразднены. Однако в частных школах экзекуции формально дозволялись до самых последних дней, и лишь в нынешнем году министерство образования Великобритании приняло постановление об их отмене во всех без исключения школах королевства. Любопытно, что палата общин Британского парламента одобрила сию гуманную инициативу с перевесом всего лишь в три голоса! Объяснение тому простое: на Альбионе свято приверженны традициям, и многие педагоги, а также славные государственные мужи (воспитанные все той же бурсой!) искренне верят, что порка не приносит ничего, кроме пользы.

Как бы там ни было, но Англия и сегодня еще явно психологически не готова отказаться от воспитания джентльменов и леди поркой! Национальная ассоциация учителей намерена в судебном порядке оспорить запрет на физические наказания в частных учебных заведениях. Да что там учителя! Родные папаши и мамаши маленьких англичан в подавляющем большинстве уважают ремень, не видя в его применении - на спинах и ниже - своих отпрысков ничего дурного. Об этом сообщили результаты проведенного буквально на днях опроса общественного мнения на предмет "бить или не бить?"

Однако хватит пугать читателя английской школой. Ибо если теоретически порка здравствует и по сей день, то фактически ваш корреспондент не приметила на Альбионе ни одного учебного заведения, которое применяло бы подобный анахронизм в качестве меры воспитательного порядка. В одной из прославленных частных школ Англии, Драгон скул, на мой вопрос, правда ли, что в пансионах и сегодня практикуется битие учеников, мне ответили, что, к счастью, рукоприкладство нынче большая редкость. "А чем же наказывают за непослушание у вас?" - поинтересовалась я. - "Запрещаем провинившимся в субботу вечером смотреть телевизор!"

...Как же, однако, борется сегодняшняя британская школа с серьезными преступлениями и проступками? Чтобы ответить на этот вопрос, достаточно открыть дневник английского учащегося. На самой первой его странице самым первым словом значится слово ПОЖАЛУЙСТА, а под ним: приходи вовремя; веди себя тихо; будь готов к урокам. "Я прочел эти правила и согласен все время выполнять их". Под этим обещанием ученик ставит свою подпись (и родитель тоже!). Перевернем странички дневника. Вот Кодекс поведения, где подробно расписывается, что в школе разрешено, что горячо приветствуется, а что воспрещено. Далее - страница, посвященная поощрениям и наградам, а за ней - раздел санкций. Для тех, кто обещанное нарушает. Это очень интересный раздел. Он состоит из пяти так называемых "уровней", ведущих от малых грешков к системным проступкам, от устного замечания учителя - до исключения из школы. Последним караются лишь рецидивные преступления самого гнусного свойства. Система санкций сложна и свидетельствует о неистощимом терпении сегодняшних британских педагогов по отношению к их воспитанникам, о глубокой продуманности соотношений проступка и наказания, не оставляющего ни малейшей возможности незаслуженного оскорбления и унижения детей и подростков.

Итак, что же это за хитроумные "уровни"? Если на первом уровне проступков (скажем, крутился на уроке, не слушал учителя) санкции не идут дальше выдворения из класса - причем не более чем на пять минут, "чтобы остыть!" - то на втором "уровне", если сии грешки повторяются, можно уже посадить ученика на крючок ежедневных "докладных", которые он сам пишет о своем поведении классному руководителю, можно контактировать с его родителями. На третьем "уровне" "докладные" пишутся уже директору школы, на четвертом наказание неисправимому ужесточается: от временного исключения из школы - отстранения от занятий от двух дней до недели - до исключения полного. Правда, с возможностью апелляции и последующего восстановления. Наконец, на пятом этаже санкций, где преступления носят слишком уж серьезный характер - например, злоупотребление наркотиками, физическое насилие, оскорбления расистского или сексуального толка, - наказание может в экстремальных случаях вести к окончательному и необратимому исключению из школы. Увы, подобные экстремальные случаи в британских школах не редкость... Но что это мы все о печальном? Разве же нет в замечательной своими конечными результатами системе английского воспитания - целая нация леди и джентльменов! - похвал, наград и поощрений? Ну, конечно же, есть! Более того, надо признать, что если английская школа умеет крепко наказывать, то не скупится она и на похвалы даже за самые малые и незначительные с виду достижения. Исходит подобная щедрость в поощрении из установки, что нет ничего важнее в воспитании полноценной, а не задавленной комплексами личности, чем подбодрить и воодушевить, дать веру в собственные силы и способности. Короче - воспитать человека с чувством собственного достоинства.

Хвалят и поощряют в английской школе на все лады. Например, на ежеутреннем школьном собрании директор школы или руководитель года может поблагодарить целый класс или отдельных учащихся за хорошее поведение, регулярную посещаемость занятий, прогресс в учебе. Если ученик из слабых и неуспевающих выбился в передовики, его не забудут пригласить к директору, который специальной грамотой или призом поощрит рвение и труды праведные. Не останутся в тени и родители "ударника": директор напишет им полное высоких и лестных слов письмо, от которого радостно затрепещет честолюбивое родительское сердце. За по-настоящему высокие результаты в учебе школа награждает дипломами трех степеней - бронзовым, серебряным и золотым. Однако удостоиться приза можно не только за интеллектуальные подвиги, но и за просто исправную дисциплину и пунктуальность: так, ученик, посетивший за год не менее 95 процентов всех занятий, будет поощрен специальной наградой от руководителя.

Впрочем, не одними лишь призами и грамотами обласканы английские школьники - они обласканы... лаской! Элементарным ласковым словом, которое, как известно, и кошке приятно. Так, никогда не обратится к учащемуся педагог иначе чем по имени. Не упустит случая сказать: "Ты - молодец!" или даже написать это прекрасное слово в тетрадке, итожа проделанную работу. Такие неформальные оценки, как "очень здорово!", "замечательная работа", "хорошо постарался" - обыденность, заменяющая скучные отметки. В одном из престижнейших заведений Англии - Радли колледж, где учатся высокоодаренные мальчики, атмосфера доброты и взаимопонимания между учащими и учениками столь замечательна - это я утверждаю как очевидец, - что сама по себе служит поощрением. Каждый вечер ребята собираются за столом, чтобы просто тихо, по-домашнему поговорить о делах. И классный руководитель сам приготовит и подаст им какао... А ректор этого колледжа, который знает каждого своего воспитанника по имени, обязательно пригласит мальчика в день его рождения к себе домой, чтобы торжественно отметить вместе это событие...

И этот "приз" будет храниться в сердце всю жизнь.
(По материалам сайта Учительской Газеты)

Советую почитать по этой ссылке про Казни людей:Жми!

Отредактировано Angelica de Sanse (2008-08-15 12:17:20)

27

Англия...«МАСОНЫ» И ТОРГОВЛЯ СЕКРЕТАМИ Е. Черняк

Говорят, что утверждение либерализма в идеологии и политике Великобритании резко ограничило деятельность английской разведки. Однако дело было не столько в идеологии, сколько в целесообразности. Те же причины, которые привели к победе либерализма, нередко требовали использования других средств для осуществления поставленных внешнеполитических целей. У Англии, ставшей промышленной мастерской мира, таких средств и методов было в избытке.
Идеологи британской буржуазии, опьяненные промышленной монополией Англии, ставили своей целью свободу торговли (фритред) — беспрепятственное движение капитала, освобожденного от всяких политических, национальных и религиозных пут, и устранение всех необязательных издержек производства. К таким издержкам фритредеры относили и пышный королевский двор, и палату лордов, и государственную церковь, и архаичную, громоздкую судебную систему. К излишним издержкам фритредеры относили также постоянную армию и дорогостоящие колониальные войны. В основе всего этого лежало убеждение, что Англия с помощью одних экономических средств сможет эксплуатировать чужие страны. Понятно, что при таком строе мыслей лидеры фритредеров Р. Кобден и Л. Брайт были готовы обличать секретную дипломатию и другие формы тайной войны как воплощение устаревших, негодных методов ведения дел английской буржуазией, унаследованных из арсенала феодальной эпохи. Эти и другие подобные крайности, до которых доходили в запальчивости фритредеры, никогда не становились принципами практической политики, тем не менее правящим кругам приходилось, по крайней мере внешне, учитывать критику, которую вызывало безотчетное расходование денег на секретную службу, объявлять о прекращении деятельности «черных кабинетов» и т. д.
Следует учесть, что в эпоху побед и утверждения в экономически передовых странах капитализма и буржуазной демократии сужался круг политических вопросов, считавшихся государственной тайной. Это вполне касалось и военной тайны.
После 1815 года Англия только раз в течение целого столетия воевала против великой державы, участвуя в Крымской войне 1853—1856 годов. Однако и этот вооруженный конфликт был столкновением, в котором стороны ставили сравнительно ограниченные цели, и тем самым резко отличался от борьбы против Наполеона I, когда на карту было поставлено колониальное, торговое и морское господство Великобритании. Политика «блестящей изоляции», которую проводила английская буржуазия в период расцвета своего могущества, была основана на предположении, что Лондону удастся сохранять роль арбитра и гаранта «равновесия сил» между европейскими державами без участия в их войнах. Правда, в нескольких случаях английская дипломатия прибегала к угрозе вооруженного вмешательства ( например, во время русско турецкой войны 1877—1878 годов), но в конечном счете соглашалась на улаживание разногласий политическими средствами. При этом даже возможное участие Англии в европейских конфликтах мыслилось в Лондоне как ограниченное почти исключительно действиями Английского флота, обладавшего подавляющим превосходством над любым возможным противником. Армия была ориентирована на ведение колониальных войн, нередко являвшихся просто кровавым истреблением по существу безоружных туземцев. Все это не могло не наложить отпечаток и на английскую разведку, определяя круг информации, которая интересовала Лондон, окрашивало характер заданий, которые возлагались на секретную дипломатию.
Если некоторые «традиционные» формы тайной войны за ненадобностью (или из за неэффективности с точки зрения преследовавшихся тогда внешнеполитических целей, были временно отставлены в сторону в Европе, они находили тем большее применение в Азии (а отчасти в Латинской Америке и Африке). Политическое развитие там ещё не привело к разграничению дипломатии и разведки. Это облегчало английским колонизаторам использовать дипломатию как легальное прикрытие для тайной войны.
В первой половине XIX в. пост британского посла в Константинополе неоднократно занимал сэр Стрэтфорд Каннинг (двоюродный брат известного государственного деятеля Джорджа Каннинга). Английский дипломат постоянно прибегал к методам тайной войны, включая создание шпионской сети, наблюдавшей за русским посольством. Это позволило Каннингу оказывать большое воздействие на политику оттоманского правительства. Конечно, влияние Стрэтфорда Каннинга опиралось главным образом на помощь английского флота, но ему способствовала эффективно действовавшая секретная служба.
Тайная война сыграла немалую роль в завоевании Англией ее многочисленных колоний, но это особая тема.
Сорок лет, которые отделяют окончание наполеоновских войн от Крымской войны, в целом были периодом, когда рутина и консерватизм полностью господствовали в английской армии, прикрываемые непререкаемым тогда авторитетом Веллингтона.
Крымская война выявила скандальное состояние всех отраслей военного управления. Однако опыт Крымской войны почти не пошел на пользу. Когда улеглось возмущение, которое вызвало разоблачение халатности и некомпетентности военного министерства, там постарались по возможности оставить все по старому. Что же касается разведки, то в 1855 году был создан отдел топографии и статистики, который, если верить свидетельствам очевидцев, занимался преимущественно составлением художественно выполненных карт и не имел сколько нибудь обстоятельных сведений о менявшейся военной организации других держав. Вряд ли подобное положение дел было следствием только косности и равнодушия военных руководителей или скупости министра финансов, не желавших тратить деньги на непроверенные новшества. Само это равнодушие нуждается в объяснении, и найти его нетрудно. Это были десятилетия, когда английское могущество достигло зенита, британский флот обладал никем не оспариваемым господством на море. Зачем в таком случае, считали в Лондоне, нужно собирать подробную и быстро устаревавшую информацию об иностранных армиях? Ведь если Англии придется все же воевать, то можно воевать, как и прежде, чужими руками.
Самодовольное убеждение в собственном совершенстве, которое царило в английском военном министерстве, было нарушено победами Пруссии сначала над Австрией, а потом над Францией. Эти успехи, во многом связанные с преимуществами в организации армии, в быстрой мобилизации, были настолько очевидными, что пробудили от летаргии даже отдел топографии и статистики. 1 апреля 1873 года был образован самостоятельный разведывательный отдел, подчинявшийся генерал адъютанту армии. Через некоторое время разведка была передана в ведение генерал квартирмейстера. В состав отдела были включены энергичные и подготовленные офицеры, некоторые из них впоследствии сделали большую карьеру на военной и гражданской службе.
Вначале для нового отдела отвели… конюшню и каретный сарай. Потом разведывательное ведомство кочевало из одного дома в другой. И только в 1884 году ему выделили удобное здание на Куин Эннис гейт. Как отмечают авторы мемуаров, отсюда даже открывался вид на Бекингемский дворец. Впрочем, любознательность нового отдела была направлена совсем в другую сторону. Во второй половине 80 х годов XIX в. разведку возглавлял Г. Брекенбери, при котором одно время на отдел возлагалась подготовка планов мобилизации. Кстати сказать, обязанности отдела то расширялись, то снова сужались, иногда включая функции, явно выходившие за рамки разведки. Должность начальника разведывательного отдела в 90 х годах стала одним из важнейших постов в военной иерархии.
Об английском шпионаже тех лет дают представление похождения Роберта Баден Поуэлла, тогда молодого офицера, а впоследствии, в годы англо бурской войны, крупного военачальника и основателя международной организации бойскаутов. В августе 1886 года Баден Поуэлл, прихватив с собой младшего брата, отправился на континент, чтобы тайно наблюдать за осенними маневрами русской армии. Остановившись по дороге в Берлине, он собирался присмотреться к опытам по использованию аэростатов в военных целях. Кроме того, его заинтересовал военный лагерь в Шпандау. Он быстро обнаружил интересовавший его полигон, но никак не мог попасть на него. Полигон был окружен деревьями и забором, вдоль которого прохаживались часовые. Тогда Баден Поуэлл улегся неподалеку на траву и притворился спящим. Он имел возможность слышать, наблюдать и засекать время по часам и таким образом установил скорость стрельбы из нового стрелкового оружия и даже определил ее точность, так как ясно слышал характерное гудение, когда пули попадали в металлическую цель. Разведчик решил рассмотреть новое оружие. Он заметил дырку в заборе, выждал момент, когда часовой удалился от этого места, и заглянул в нее. Однако дозорный, не дойдя до конца забора, неожиданно обернулся, увидел незнакомца, нарушающего строгий запрет приближаться к полигону, и быстро двинулся назад. Англичанин учел и такую возможность. Он неспешно повернулся спиной к приближавшемуся солдату, вытащил из кармана бутылку бренди и вылил половину ее содержимого на костюм. Когда солдат подошел ближе, перед ним предстал шатающийся субъект, от которого несло вином и который назойливо предлагал караульному разделить с ним остаток спиртного. Солдат подтолкнул пьяницу в спину и рекомендовал убираться подобру поздорову. Баден Поуэлл с готовностью последовал такому совету.
После этой интермедии в немецкой столице разведчик и его брат прибыли в Петербург. Несколько дней они бродили в районе маневров, проходивших в Царском Селе. Убедившись, что к месту, где проводились опыты с воздушными шарами и прожекторами, не допускают посторонних, Баден Поуэлл решил, что, если он обойдет часовых, у него уже никто не будет требовать документов. Так оно и случилось. Однако в последний день маневров охрана была усилена в связи с прибытием царя. Подозрительных иностранцев сразу же задержали. Они изобразили путешественников, не понимающих, в чем их обвиняют, и их отослали в Петербург, взяв подписку о невыезде. Конечно, Баден Поуэлл не собирался выполнять это обещание. Братья вышли из отеля, сообщив, что отправляются на прогулку, уехали в Кронштадт и взошли на борт парохода «Уильям Бейли». Кронштадтская полиция, не получив никаких указаний из Петербурга, не чинила препятствий их отъезду…
В начале 90 х годов Баден Поуэлл занимал должность офицера военной разведки на острове Мальта, ответственного за район Средиземноморья. В его обязанности входило снабжение военного министерства информацией о дислокации войск и кораблей различных стран, о военных гаванях в этом районе и др. Особенно интересовались в Лондоне данными о французских армии и флоте — это было время серьезного ухудшения отношений между Англией и Францией, особенно в связи с борьбой за раздел Африки. Под предлогом охоты на вальдшнепов Баден Поуэлл появился в тунисском порту Бизерта (Тунис был французским протекторатом) и составил подробное представление о характере работ, производившихся в гавани. Французские власти явно стремились превратить Бизерту в крупную военно морскую базу, во что долгое время отказывались верить в Лондоне. Баден Поуэлл заделался заядлым охотником и объездил чуть ли не все побережье французских владений в Северной Африке: Оран, Алжир, Константину и многие другие города, снова вернулся в Бизерту, потом перебрался в Ливию, являвшуюся тогда провинцией Оттоманской империи. В Лондон была отправлена целая серия отчетов, схем и карт.
Конечно, охотничий костюм помогал далеко не всюду. В разных странах Баден Поуэлл принимал различное обличье. Несколько раз он выдавал себя за энтомолога, увлеченного ловлей бабочек. Его знания в этой области были вполне достаточны, чтобы ввести в заблуждение местных полицейских чиновников или офицеров. Именно в такой роли появился разведчик в районе крепости Каттаро в Далмации (тогда провинции Австро Венгерской монархии). Красивые разноцветные рисунки экзотических насекомых, которые англичанин показывал своим знакомым — офицерам гарнизона, были на самом деле ловко замаскированными схемами укреплений с точным указанием расположения и калибра установленных на них артиллерийских орудий. На осенние маневры австрийской армии в 1891 году Баден Поуэлл прибыл уже под видом военного корреспондента лондонской газеты «Дейли кроникл». Он сумел определить место, где было намечено провести в присутствии императора Франца Иосифа и его гостя — германского императора Вильгельма II главное «сражение» и куда не пускали корреспондентов, пробрался в этот район, приняв обличье обычного туриста. Осенью 1892 года он на этот раз под маской художника проник в район маневров итальянской армии в Альпах. Англичанина вскоре заметили. Его рисунки оказались лучшими визитными карточками для итальянских офицеров. И чем меньше Баден Поуэлл проявлял интереса к маневрам, тем больше рассказывали о них его словоохотливые итальянские знакомые. В конечном счете они сами нарисовали нужные ему детальные схемы и карты. Когда раздался сигнал к походу, разведчик взобрался на соседнюю гору и очень внимательно следил за дорогой и всем, что по ней перевозилось.
Не оставил своим вниманием Баден Поуэлл и Турцию. Там он познакомился с американкой, которая свела его с комендантом одного из фортов Босфора Хамид пашой. Тот с восточным гостеприимством пригласил англичанина посетить форт. Когда они подошли к зачехленным орудиям, направленным в сторону пролива, разведчик едва мог сдержать нетерпение. Любезный хозяин без колебаний велел снять брезент и показал пушки — они были старого образца и сравнительно маломощные. Турок с обезоруживающей откровенностью объяснил причины секретности: «Это старые пушки, которые стоят здесь долгие годы, но мы сочли полезным, учитывая действия одной соседней державы, заставить ее предполагать, что мы произвели перевооружение и обладаем какими то новыми и могучими орудиями».
Не более сложным оказалось изучение укреплений Дарданелл. Из Константинополя Баден Поуэлл отбыл на пароходе «Валахия», шедшем с грузом зерна. Корабль остановился около Чанаккале, где проводилась проверка судовых документов. Баден Поуэлл велел спустить лодку, прихватил с собой удочки и принял вид завзятого рыболова. Несколько патрульных катеров, посылавшихся командирами фортов, приказывали капитану поднять якорь, но в ответ с парохода раздавался лишь грохот в машинном отделении. Капитан уверял, что пароход двинется, как только будет закончена починка испортившихся механизмов, и просил посоветовать его «племяннику» в лодке, на какую наживу лучше всего клюет рыба в здешних местах. Баден Поуэлл сумел тем временем «поймать в мутной воде» все, что интересовало его начальство в Лондоне.
Почти неправдоподобная наглость, с которой действовал британский разведчик, была следствием того, что он хорошо учел «местные условия» — полуколониальное положение тогдашней Оттоманской империи и боязнь турецких властей вызвать недовольство английского посольства в Константинополе.
В течение ста лет, со времени победы Нельсона при Трафальгаре в 1805 году, британский флот не имел себе равных в мире. Английская военная стратегия неизменно основывалась на принципе, сформулированном еще участником разгрома «Непобедимой армады» Уолтером Ролеем, который гласил, что неприятельским десантным армиям надо навязать бой на море до того, как они «набьют свои желудки нашими кентскими каплунами». Этот принцип был несколько поколеблен в 60 х годах XIX в. в связи с изобретением парового двигателя, так как предполагалось, что возможность «перехвата» вражеского десанта теперь исключается и что следует заняться усилением береговых укреплений. Однако это мнение продержалось только до 80 х годов.
Развитие британской военно морской разведки в XIX в. отставало от разведки военной. В качестве самостоятельного отдела в составе адмиралтейства военно морская разведка конституировалась в феврале 1887 года. Предшественником этого отдела был комитет иностранной разведки, во главе которого стоял капитан В. Холл — отец адмирала Реджиналда Холла, известного руководителя военно морской разведки и контрразведки в годы первой мировой войны. В целом же до середины 80 х годов заботы, связанные с составлением навигационных карт, по видимому, преобладали над вялым интересом, который проявляли в адмиралтействе к сведениям об иностранных военных флотах и береговой обороне. Убеждение в английском превосходстве на море было настолько непоколебимым, что порождало сомнение в том, так ли уж нужны детали и подробности, касающиеся флотов других держав. Более того, это сознание превосходства приводило к тому, что иностранцам позволяли без помех получать сведения, которые позже сочли бы сугубо секретными.
Офицеры нового отдела стали посещать иностранные военные гавани и базы. Один из таких разведчиков — Д. Астон объехал, например, французские порты. Профессиональному моряку часто и не требовалось слишком приближаться к военным объектам для определения всего главного, что занимало разведывательный отдел адмиралтейства. Слабость французской контрразведки позволяла осуществлять это почти беспрепятственно: свои записи Астон сознательно держал в незапертом саквояже, делая вид, что они не имеют серьезного значения. Лишь изредка он прятал секретные бумаги в патроны вместо дроби.
Разведывательный отдел выполнял и обязанности контрразведки. Так, например, он контролировал хранение секретных материалов. Печатание их разрешалось только в типографии «Форин офиса», где можно было проследить за тем, чтобы были уничтожены все экземпляры корректурных листов и набор. Между 1892—1895 годами собственным разведывательным отделом обзавелась британская средиземноморская эскадра. Постепенно такие же отделы были созданы при штабах большинства ( но не всех) соединений английского военно морского флота.
Впрочем, даже самые скромные начинания наталкивались на непреодолимую стену косности. Л. Астон рассказывает характерный случай. Он изучал методы, применявшиеся Нельсоном для получения информации о передвижении неприятельских кораблей. Знаменитый флотоводец использовал для этой цели фрегаты, наблюдавшие за гаванями, где находились вражеские суда. Фрегат передавал сведения либо непосредственно, либо сигнализировал находившимся поблизости кораблям, которые передавали эти сообщения дальше, как по эстафете. Астон сообразил, что нелепо было рисковать для подобного наблюдения крейсерами, если их обязанности могут успешно выполнить быстроходные яхты или даже рыбачьи шхуны. В случае же нападения они могли спастись бегством, послав сообщение голубиной почтой. Не рискнув сам выдвинуть эту идею, Астон попросил выступить с этим предложением своих более влиятельных друзей из «Форин офиса» и военного министерства. Тем не менее чиновник в адмиралтействе наложил категорическую резолюцию: «Оставить без внимания. Эти птицы могут доставить неверную информацию». Астон добавлял: «Я до сих пор не могу понять, что смутило этого чиновника. Неужели он думал, что враг может поймать голубя, летящего над морем, и заменить дезинформацией отправленное сообщение?»
…Многочисленные поклонники Шерлока Холмса вывели знаменитого детектива из круга литературных героев, представляя его живым человеком, реально проживавшим в доме 221 Б на Бейкер стрит. Удовлетворяя этот читательский интерес, появилось немало книг, посвященных выяснению биографии Холмса во всех ее деталях, датировке раскрытых им дел и подробно изложенных, и лишь упомянутых Артуром Конан Дойлом. В этих необычных биографиях должны занять свое место и случаи, когда Холмс выступал в роли контрразведчика. Такая роль была вполне естественна для «отшельника с Бейкер стрит», начинавшего действовать, когда оказывался бессильным Скотланд Ярд, которому была доверена в то время борьба против иностранных шпионов. А. Конан Дойл рассказывает два случая шпионажа, очень характерных для того времени — конца 80 х и 90 х годов прошлого столетия. В рассказе «Морской договор» из «Форин офиса» похищен оригинал тайного договора между Англией и Италией, сведения о котором, впрочем, уже просочились в печать. «Французское и русское посольства, — заявляет министр иностранных дел, — заплатили бы огромные деньги, чтобы узнать содержание этого документа». Однако вором был вовсе не иностранный разведчик, а брат невесты одного из чиновников министерства. Он зашел к своему будущему родственнику в служебный кабинет, не застал его в комнате и, бросив взгляд на лежавший на столе документ, мигом понял, что может получить за бумагу большие деньги, сунул ее в карман и поспешил незаметно исчезнуть. Преступник запрятал украденную добычу в тайник, но случайность, а потом проницательность Холмса помешали ему изъять свое сокровище и отнести во французское посольство.
В другом рассказе — «Второе пятно» — речь идет о похищении письма одного иностранного монарха, обеспокоенного расширением колоний Англии (явный намек на германского императора Вильгельма II). Письмо было написано в припадке раздражения, его опубликование могло привести к войне. Это письмо исчезло из дома министра, боявшегося оставлять его на службе и хранившего в собственной спальне в закрытой на ключ шкатулке. Холмсу с самого начала ясно, что вором мог быть только кто то из домашних, который и должен был передать бумагу одному из международных шпионов. Было три человека, которые возглавляли эту компанию. Шпион наверняка не собирался передать похищенное письмо иностранным дипломатам — такие агенты находятся в довольно натянутых отношениях с посольствами. Дело осложняется. В него оказываются втянутыми многие люди. Но, как и следовало ожидать, стараниями Шерлока Холмса письмо снова возвращается в шкатулку, где его находит пораженный министр.
В обоих случаях, о которых повествует Конан Дойл, как будто сознательно подчеркивается, что в роли шпионов выступают добровольцы — будь то джентльмен, не брезгующий случайно подвернувшейся возможностью украсть документ, за который можно сорвать крупный куш, или профессиональный мошенник, занимающийся кражей и торговлей государственными секретами. Оба преступника не связаны ни с каким правительством,, ни с какой иностранной разведкой.
Представление о тайной войне, которое создает своими рассказами Конан Дойл, лишь в определенной степени соответствовало действительности. Однако им правильно отмечен несколько кустарный характер, который отчасти приобрел шпионаж в то время и который он быстро потерял в наступившую империалистическую эпоху.
Еше в конце XVIII в. с легкой руки дворян эмигрантов родились и получили хождение вздорные толки, будто английская секретная служба с помощью просветителей и масонов подготовила и спровоцировала французскую революцию. Легенда о всемирном масонском заговоре пришлась очень кстати крайней реакции в ряде стран, не способной и не желавшей осознать подлинные социальные причины и неотвратимость революции, стала неизменной составной частью идеологии клерикально монархических кругов во Франции. Сами же масоны объявлялись орудием исконного врага — Англии, а точнее, британской секретной службы и дипломатии. Так, анонимный автор книги «Тайны франкмасонства» — его открытия сразу же были пересказаны российскими черносотенцами и в журнальных статьях, и в книге «Франкмасонство как орудие английской внешней политики» (СПб., 1905) — начинает издалека. Человеком, начертавшим планы английской секретной войны против народов мира, он считает Фрэнсиса Бэкона ( как много бы дали сочинители этих опусов, чтобы узнать о существовании его брата Энтони Бэкона, который был действительно главой секретной службы графа Эссекса!). Ведь Фрэнсис Бэкон в разных сочинениях, особенно в известной утопии «Новая Атлантида», рассказывал об острове Бенсалеме, управляемом монархом и парламентом, а на деле подчинявшемся тайному ордену. Этот орден добивается для своего отечества всемирного владычества. Он стремится уничтожить у других народов чувства чести и патриотизма, религию, что и является программой франкмасонства. На деле Ф. Бэкон в своем фрагменте «Новая Атлантида» (произведение осталось незаконченным) отводит тайному ордену, который именует Соломоновым домом, роль центра научных опытов и изобретений. Его цель — расширение господства человека над природой («Новая Атлантида» — прежде всего научная утопия), хотя он занимается также промышленной деятельностью, включая производство военного снаряжения. 12 членам Соломонова дома поручается объезжать другие страны, разузнавая о всех полезных открытиях и усовершенствованиях, привозить книги и образцы новых инструментов. Другим же жителям острова запрещено посещать иностранные государства, а чужеземцам — Бенсалем, чтобы не выдать тайну местонахождения этой счастливой страны. Таким образом, ни масоны, ни планы всемирного владычества здесь явно ни при чем.
Монархисты в разных странах стали утверждать, будто герцог Брауншвейгский, как ярый масон пособник Англии, сознательно «спас» французскую революцию. «Если бы Фридрих Великий был Наполеоном, он расстрелял бы герцога Брауншвейгского», — патетически добавляет автор книги «Франкмасонство как орудие английской внешней политики». Уже самому читателю предоставляется догадаться, как прусский король Фридрих II, даже если бы он был Наполеоном, мог, скончавшись в 1786 году, расстрелять герцога Брауншвейгского за отступление после битвы при Вальми в сентябре 1792 года. Но это мелочи. Оказывается, Англии нужна была революция, чтобы уничтожить французский флот — и тот действительно потерпел ряд поражений, особенно при Абукире и Трафальгаре. Наполеон был врагом Англии, поэтому против него ополчилось масонство. «Ни Людовик XVII, ни Карл X не были вполне послушными орудиями английской политики, и против них началась та же подпольная, но всесильная интрига, которая закончилась революцией 1830 года и низвержением Карла X». Луи Филипп, сменивший их на престоле, был вполне покорен Англии. «Но эта покорность его не спасла: масоны возвели его на престол, и они же низвергли его, когда увидели, что он неспособен осуществить политические планы Англии». Та же Англия руками масонов подготовила поражение Франции в войне против Пруссии в 1870—1871 годах. Английская разведка через таинственную личность некоего Ренье, француза, проживавшего в Англии и женатого на англичанке, вела переговоры с маршалом Базеном, который в результате капитулировал в Меце со 160 тысячной армией (на деле монархист Базен, сдавая крепость пруссакам, хотел сохранить эту армию для борьбы с победившей республикой). Англия якобы стояла за спиной французских республиканцев, когда они препятствовали планам «патриотов» (т. е. монархистов и клерикалов). Таким путем Англия перехватила у Франции Египет, заставила ее пойти на невыгодный французам раздел колоний в Африке. Чтобы обессилить Францию, англичане руками «масонского правительства» отделили католическую церковь от государства и вместе с тем лицемерно изображают себя друзьями католиков, и т. п. Подобным вздором были заполнены сотни книг и статей в реакционной печати Франции, Германии, царской России и других стран.

28

Важные моменты: 1830-1840

1830 В Англии в южных районах начинаются выступления мелких фермеров и бараков, - возникает движение "Свинг".
1832 В Англии проведена первая парламентская реформа
1834. В Англии образовалось Великое национальное объединение союза профессий. Принят "Закон о бедных".
1834.08.01 Запрет рабства в колониях Британской империи
1836. В Лондоне, Англия, основана первая ассоциация рабочих.
1838 Начало англо-афганской войны
1837. В Британской империи начала править королева Виктория.
1838. В Англии опубликована "Народная хартия"
1838. Началась первая война Англии в Афганистане (1838-1842).
1839. В Лондоне, Англия, состоялся Национальный (чартистский) конвент. Была подана петиция чартистов в парламент.
1839 - 1842 Первая опиумная война. В 1841 году англичане берут Кантон, Амой и Нинбо. В 1842 англичане захватывают Шанхай и Чжэньцзян. Угроза Нанкину заставила Китай просить мира. Китай уступил Гонконг Англии, открыл для английской торговли Кантон, Амой и Фучжоу, вернул Нинбо и Шанхай Британии и выплатил контрибуцию в 20 млн. долларов
1840. Англия захватила Новую Зеландию

29

Инвестиции и денежная политика в 19-ом веке

Инвестор в Викторианской Англии имел больший выбор, чем его коллега в двадцатом веке (предложения нашей компании по инвестициям в недвижимость с предполагаемой доходностью до 50 процентов за 12-18 месяцев и инвестирование в облигации английских банков - в разделе Инвестиции).

Если инвестор в девятнадцатом веке хотел получить при наименьшем риске небольшую прибыль, то при помощи своего адвоката мог вложить деньги в национальные долговые акции или в недвижимость и кредиты под недвижимость.
Долг был завуалирован под разнообразие бондов и выпуск акций, поддерживающих особые правительственные проекты. С 1751 года был утвержден банковсковский ежегодный доход три процента.

Kрупные ссуды вкладывались в строительство недвижимости, которое бурно развивалось в Лондоне (именно поэтому земли становилось все меньше и меньше, следует отметить, что только "богачи" могли себе позволить большой особняк - прим. ред.). Инвестиции проходили через мелкие и средние строительные компании. Впервые стал использоваться вексель как для получения капитала, так и для спекулятивных операций. Векселя продавались вместе с железнодорожными и другими строительными акциями по достаточно высокой изменчивой дискаунтной ставке. Они выпуслались на срок менее чем три месяца.
Прибыль, полученная от капиталовложений в национальное строительство железных дорог, менялась значительно, но в среднем только до 8 процентов в 1840 году. Это был лучший объект для инвестирования, чем другие предложения. Высокие дивиденты, но с большим риском можно было получить от вложений в строительство заграничных железных дорог, строящихся британскими компаниями. Британские власти выпустили правительственные гарантии только под строительство железнодорожной системы в Индии.
Наконец, можно было спекулировать на займах правительствам других стран, на импорте чая или хлопка, на золоте или драгоценных металлах.

До 1856 года большинство капиталовложений было сделано с утверждением неограниченной ответственности для каждого члена компании, условие, которое ограничивало поставку рискованного капитала. После 1844 года компании создавались путем регистрации в Торговой Палате. Они находились под правительственным контролем, и вся их деятельность была открыта для общества. Большинство коммерческих, индустриальных и строительных предприятий были организованы как партнерства или имели единоличного владельца, но они имели трудности в поднятии капитала для грандиозных проектов. Тем не менее железнодорожный бум приучил общество к инвестированию, и разубедил в том, что неудачи в делах коммерческой компании еще не означают потерю ее активов.

В течение девятнадцатого века Банк Англии создал собственный контроль над всем денежным рынком Лондона. До 1840 года он конкурировал с другими частными банками как в столице, так и в провинции, и выступал иногда также безответственно, как и любой другой инвестор. Но банк имел только объемные золотые запасы и готов был монополизировать выпуск правительственных гарантий и краткосрочных займов. Наряду с Восточно-Индийской компанией и несколькими страховыми фирмами, он управлял финансированием национального долга, подписывая акции путем конкурентного предложения цен и затем, перепродавая их за маленькие суммы обычным инвесторам как премии. Более мелкие частные и независимые банки Сити действовали как агенты для провинциальных инвесторов. После принятия Joint-Stock Act в 1833 году спекулятивная банковская деятельность привела к финансовой нестабильности и кризисам. В нестабильном экономическом климате в конце 1830-х британские политические лидеры, ориентированные на поддержку бизнеса, пришли к выводу о необходимости более жесткого кредитного контроля. The Bank Act oт 1844 года сохранял децентрализованную систему провинциальных банков, но позволял Банку Англии конкурировать с ними на спекулятивном рынке займов, основываясь на теории, что это стабилизирует процентные ставки.

К сожалению, банковская конкуренция имела определенно противоположный эффект. Вместе с бумом акций и векселей железнодорожных компаний 1840-х годов, она привела к панике на биржевом рынке и финансовому краху 1847 года. После чего, Банк Англии изъял деньги из спекулятивного рынка, фиксируя минимальную дисконтную ставку. Имея узаконенный уровень золотых запасов для денежных выпусков, он контролировал предел расширения и сужения кредита. Дополнительную информацию можно получить на странице полностью посвященной Банку Англии.

Источник

Отредактировано Angelica de Sanse (2008-08-19 13:07:00)

30

Вигские реформы, 1830-1854

В 1830 окончилось ничем не примечательное правление Георга IV, которому наследовал его брат, более добродетельный, но почти столь же непримечательный Вильгельм IV, "король моряков". В том же году Чарлз Грей стал премьер-министром. Выполняя предвыборные обещания, он в 1831 предложил меры по реформе палаты общин. Потерпев поражение в палате общин, он добился надежного большинства в новом составе палаты; не добившись успеха в палате лордов, взял обещание с Вильгельма назначить достаточное количество вигских лордов, чтобы обеспечить принятие билля о реформе. Этой угрозы оказалось достаточно, и в 1832 был принят знаменитый Билль о реформе.

Новый закон сразу расширил электорат и ввел новую систему избирательных округов, обеспечивавшую более равное представительство. В свете последующих реформ кажется, что эта первая попытка добиться изменений в парламентской системе почти ничего не дала. Большинство работников в городе и сельской местности как были, так и остались без права голоса. На местах выборы проходили по-разному, многие правила были установлены еще в Средние века. Теперь же было установлено единообразие в правилах выборов на местах. Правила выборов в графствах оставались без изменений с 1430, но теперь они были в какой-то степени либерализованы.

Так называемые "гнилые местечки", порой практические не существовавшие в реальности округа, в большинстве своем были упразднены, а многие "карманные местечки", достаточно скромные, чтобы контролироваться своими патронами, потеряли право представительства. Представительство получило большинство новых больших городов, таких, как Бирмингем и Манчестер, а некоторые из густонаселенных графств получили дополнительные места. Хотя электорат тем самым был почти удвоен, количество голосующих все еще составляло менее одного миллиона человек. Основной результат реформ заключался в изменении баланса власти, которая переходила от высшего и аристократического класса к т.н. среднему классу, а также от палаты лордов к палате общин.

Акт о муниципальных корпорациях 1835 стал естественным следствием Билля о реформе. По этому закону различные формы местного управления были заменены единой системой, согласно которой местные советы должны были ежегодно избираться налогоплательщиками. Тем не менее графства еще в течение полувека оставались под управлением мировых судей. В разгар реформаторства виги (теперь "либералы") в 1833 уничтожили на всей территории Империи рабство, выделив сумму в 20 млн. фунтов стерлингов для возмещения убытков рабовладельцам. Торговля рабами была уже упразднена в 1807.

В 1833 либералы способствовали развитию образования в Британии, обеспечив предоставление ежегодной субсидии в размере 20 тыс. фунтов Англиканской церкви, занимавшейся обучением в начальной школе. В 1833 было принято фабричное законодательство, которое пошло дальше прежних актов в обеспечении государственной инспекции и штрафов за нарушение правил. Закон, однако, распространялся лишь на несколько типов фабрик. Либералы вместе со своими сторонниками из среднего класса до тех пор крайне неохотно шли на меры по регламентации сферы промышленности.

В 1834 был принят Закон о бедных, заменивший "спинхамлендскую" систему конца 18 в. (1795), которая привела к дальнейшему обнищанию бедных слоев населения. По новому закону учреждалась система работных домов, условия в которых были не более привлекательны, чем худшие условия труда вне этих домов. Опекунские советы выбирались в каждом районе или нескольких районах и были ответственны перед центральной Комиссией по делам бедных, осуществлявшей надзор над всей системой в целом. Хотя новая система в сравнении со старой была серьезным шагом вперед, она была подвергнута жесткой критике за чрезмерную строгость к несчастным людям, чью участь стремилась облегчить.

К 1835 реформаторский запал либералов, по-видимому, иссяк сам собой. В реформах нуждались две главные области. Первой было колониальное правление, вторая касалась хлебных законов и других тарифных ставок. Когда в 1837 трон заняла королева Виктория, либералы продолжали плыть по течению. Фактически, они стали больше бояться поддержки со стороны своих радикальных союзников слева, чем оппозиции со стороны тори справа. Политический радикализм в это время стал известен как чартизм. Среди шести пунктов его программы были всеобщее избирательное право, ежегодные всеобщие выборы и тайное голосование. Его появление проходило параллельно с развитием радикализма на континенте, и в 1848 оба они потерпели поражение. Все шесть пунктов их программы, кроме ежегодных выборов, впоследствии вошли в законодательство.

В год восшествия Виктории на престол в Верхней и Нижней Канаде вспыхнули восстания, которые были легко и жестоко подавлены. Однако в Канаду был послан лорд Дергем, зять графа Грея, для расследования произошедшего. В его Докладе о делах британской Северной Америки (1839) содержалась рекомендация объединить две Канады, а также установить в наиболее развитых колониях систему ответственности кабинета перед местной законодательной властью, аналогичную форме правления в самом Соединенном Королевстве. Либеральное правительство в Британии приняло первое предложение и отвергло второе. Тем не менее в период между 1848 и 1855 местные ответственные правительства были созданы во всех североамериканских и австралийских колониях. Фактически, Доклад Дергема стал чем-то вроде "Великой хартии вольностей" для колоний.

В 1841 по 1846 у власти находилась партия тори (теперь "консерваторы"). Возобновив свою политику экономического либерализма 1820-х годов, они прежде всего снизили таможенные сборы на зерно и другие важные предметы потребления, сохранив при этом льготы на импорт товаров из колоний. Далее, в 1846, премьер-министр Роберт Пиль решил, что хлебные законы тормозят развитие промышленности. Несмотря на решительную оппозицию его бывших сторонников, он добился отмены этих законов (после чего потерпел поражение на ближайших выборах). Тем не менее либералы продолжали движение в сторону режима свободной торговли, и к 1850 Британия отказалась от протекционизма; вместе с протекционистскими тарифами в 1849 были отменены ограничительные Навигационные акты.

Британия признала принцип свободной торговли. Долгое время считалось, что для сохранения контроля над колониальными правительствами следует поддерживать экономику колониальной системы. Теперь, когда от нее отказывались, казалось, что политический контроль уже не столь важен. Таким образом, колониальное самоуправление было, по-видимому, естественным следствием свободной торговли в рамках Империи. В дополнение к экономическим соображениям либералы конца 1840-х годов были склонны рассматривать колониальное самоуправление как следствие самой колонизации. Многие шли на риск дезинтеграции империи с чувством глубокого сожаления, другие - еле сдерживая радость.

Источник: http://history.rin.ru

Отредактировано Angelica de Sanse (2008-08-27 21:47:19)

31

Тауэр

http://i060.radikal.ru/0902/d8/84d576904222.jpg

В книге, посвященной 900-летию Тауэра, герцог Эдинбургский писал о том, что "за свою историю Лондонский Тауэр был и крепостью, и дворцом, и хранилищем королевских драгоценностей, и арсеналом, и монетным двором, и тюрьмой, и обсерваторией, и зоопарком, и местом, привлекающим туристов". Сначала королевская семья жила в хорошо защищенной Белой башне, толщина стен которой достигает 15 футов. Так называемые "ворота предателей", ведущие к реке, напоминают о прошлом, когда перед них проходили знаменитые узники, приговорённые к смерти. Среди заключённых были и Сэр Уолтер Рэли, проведший в Тауэре 13 лет, и королева Анна Болейн. Но будущая королева Елизавета 1 была освобождена и коронована. Судя по документальным свидетельствам о страданиях заключённых, в дни Реформации жестокое обращение с ними вошло в норму. Коллекция королевских драгоценностей была разобрана, но с возвращением монархии династия Стюартов возродила первоначальный замысел создания музея в память о военных достижениях Короля и страны.

http://i082.radikal.ru/0902/7e/d6c7c84693ee.jpg

В 1834г. королевский зверинец был перенесён в зоопарк, и в Тауэре остались одни вороны. Сегодня Тауэр, который уже не является ни дворцом, ни тюрьмой, сохранил традиционные черты, начиная от одежды бифитеров (солдат охраны) до церемоний Тауэра. Большинство королевских драгоценностей восходят к периоду после Английской республики, но некоторые древние изделия относятся к более раннему времени и используются в ходе священных моментов коронации. Среди них ложка, которая, вероятно, относится к концу ХIIв„ и священный сосуд, который, возможно, использовали при коронации Генриха IV в 1399г. Корона Эдуарда весом около 5 фунтов была изготовлена в 1661г. для церемонии коронации Карла 11, Корона королевы Виктории (1838г.) украшена рубином "Чёрный принц". Тауэрский мост был построен в 1894 г. в готическом стиле. На его строительство было затрачено свыше 1 млн. фунтов, и с тех пор его разводили около 1 млн. раз для пропуска кора блей.

http://s51.radikal.ru/i134/0902/b8/4951feff4755.jpghttp://i021.radikal.ru/0902/ee/23c1c03e19c8.jpg

Людям было разрешено посещать мост с 1982г. На мосту расположены машинное отделение с гидравлическим оборудованием, сохранившимся после электрификации 1976г., пункт управления, выставки. Посетители могут перейти на другой берег по пешеходным дорожкам между двумя башнями, Доки св. Катерины, расположенные на площади 23 арков между Тауэром и лондонскими Доками, привлекают посетителей своей коллекцией исторических кораблей, гостиницей Диккенс Инн, новыми магазинами и гаванью для яхт. "Белфаст", мощный английский крейсер периода второй мировой войны, пришвартован у реки. Уже в 20-х годах ХIХв. Доки были переполнены иностранными торговыми кораблями со слоновой костью, мрамором, шерстью, каучуком, вином и чаем, но т.к. более крупные корабли стали швартоваться в устье реки, доки и склады пришли в упадок. Сегодня здесь процветают всемирный Центр Торговли и гостиница "Тауэр-Тистл".

http://s52.radikal.ru/i135/0902/bf/3eacc6b369a7.jpg

Отредактировано Angelica de Sanse (2009-02-25 12:20:57)

32

Лондонская Национальная галерея

Экспозиция этого музея не относится к числу самых обширных. Но качественно он не уступает таким гигантам, как парижский Лувр или петербургский Эрмитаж. По отношению количества всемирно известных шедевров к общему размеру коллекции Лондонской Национальной галерее в мире нет равных. Трудно найти среди знаменитейших художников мира такого, картины которого отсутствовали бы в лондонском собрании. При этом величайшие европейские школы живописи представлены в лондонской экспозиции не просто самыми прославленными именами, но и кульминационными работами этих мастеров. Коллекция Лондонской галереи позволяет полноценно изучать историю европейского искусства в его вершинных проявлениях.

http://i058.radikal.ru/0903/e5/28079a9eb0d7.jpg

Конечно, находясь в Англии, в первую очередь хочется познакомиться с английским искусством. Музей предоставляет эту возможность в полной мере. Пейзажи и портреты Гейнсборо и Лоуренса, сатирические полотна Хогарта демонстрируют британскую художественную школу во всем ее своеобразии. Живопись Англии достойно соперничает с более знаменитыми живописными традициями Италии, Нидерландов, Испании, неслыханно богато представленными в Лондонской Национальной галерее.

http://i047.radikal.ru/0903/34/f3f4211b6237.jpg

Экспозиция содержит жемчужины итальянской школы живописи - это и «Мадонна в скалах» Леонардо да Винчи (зрелый вариант более ранней работы, хранящейся в Лувре), и его же картон «Святое семейство», шесть полотен Боттичелли, в том числе одна из самых знаменитых его картин «Венера и Марс», «Крещение» Пьеро делла Франческа, не говоря уже о произведениях фра Беато Анжелико, Антонелло да Мессина, Тициана, Веронезе, Тинторетто. Хотелось бы обратить внимание путешественника на коллекцию картин венецианца XV века Карло Кривелли. Сейчас этот прекрасный художник не так знаменит, как в 1861 году, когда он считался одним из самых значительных художников Итальянского Возрождения, и за его «Мадонну Рондино» была уплачена фантастическая по тем временам сумма в 2184 фунта. Для сравнения - единственная в галерее картина делла Франчески была куплена тогда же за 241 фунт.
Нидерландская школа представлена самой значительной в Европе коллекцией. Она включает четыре полотна Яна ван Эйка (ни один музей мира не располагает таким собранием), в том числе одну из самых значительных его картин - портрет четы Арнольфини, произведения Кампена, Мемлинга, Кристуса, ван дер Вейдена, Боутса, Давида, Босха - всех звезд нидерландского «золотого века» живописи, а сверх того - Брейгеля, Рубенса, Рембрандта, ван Дейка и других знаменитых голландцев. Обратите особое внимание на великого голландского художника XVI века Вермеера Дельфтского. В Лондонской галерее есть две его картины, и это немало: Вермеер, один из самых загадочных художников Нидерландов, оставил после себя так мало произведений, что по всему миру они наперечет, и даже в Голландии, на родине художника, находятся лишь шесть его полотен.

В Лондонской галерее выставлены произведения крупнейших испанских художников: Эль Греко, Мурильо, Риберы, Сурбарана, Гойи. Величайший живописец Испании Диего Веласкес представлен в музее девятью полотнами, и среди них - едва ли не самая знаменитая картина испанской школы «Венера перед зеркалом».
http://s44.radikal.ru/i104/0903/61/2e22ad9e3489.jpghttp://i009.radikal.ru/0903/40/87de2b0b6795.jpg

По сравнению с испанцами, итальянцами и фламандцами, немецкая и французская коллекция не столь богаты. Но тем не менее имена Кранаха, Альтдорфера, Гольбейна, Дюрера, Каспара Давида Фридриха, Ватто, Пуссена, а также самых знаменитых французских импрессионистов говорят сами за себя.
Галерея приятно отличается от большинства европейских музеев отсутствием платы за вход, а также удобным расписанием - без выходных, с 10 до 18 часов, в среду - с 10 до 21 часа.
Официальный сайт Лондонской национальной галереи: nationalgallery.org.uk


Вы здесь » Стимпанк. Механика Власти » История » Немного обо всем